Sornells 21 в Валенсии: японское вдохновение в испанской студии
В районе Русафа, который валенсийцы уже лет десять называют своим Сохо, архитекторы Аусиас Перес и Палома Бау открыли общую студию. Под Sornells 21 они заняли бывшее торговое помещение площадью 170 квадратных метров и попытались превратить его в место, где работа не отделена от жизни, а дизайн — от разговоров за кофе.
Авторы говорят, что вдохновлялись «городским воображением Токио». Можно только догадываться: Токио в этой оптике — не про сакуру и минимализм, а про способ существования в плотной городской ткани, где мастерская соседствует с баром, жилье — с офисом, а частное и публичное постоянно перетекают друг в друга. Для Русафы, где за последние годы открылись сотни кафе, шоурумов и галерей, такой образ выглядит органично.
Сама студия — попытка собрать эту многослойность внутри одного объема. На фотографиях видно, что бывшее торговое пространство перестало быть просто коробкой: там появились сценарии, зоны, паузы. Авторы говорят о «концептуальной нарративности» и «материальной стратегии» — за этими словами, видимо, стоит попытка не просто отремонтировать помещение, а сделать его говорящим.
Вопрос только в том, насколько «токийское воображение» различимо за валенсийскими стенами. Возможно, ответа и не требуется: архитекторы построили пространство для себя, а не для туристического гида. Имеют право.
Sornells 21 в Валенсии: японское вдохновение в испанской студии
В районе Русафа, который валенсийцы уже лет десять называют своим Сохо, архитекторы Аусиас Перес и Палома Бау открыли общую студию. Под Sornells 21 они заняли бывшее торговое помещение площадью 170 квадратных метров и попытались превратить его в место, где работа не отделена от жизни, а дизайн — от разговоров за кофе.
Авторы говорят, что вдохновлялись «городским воображением Токио». Можно только догадываться: Токио в этой оптике — не про сакуру и минимализм, а про способ существования в плотной городской ткани, где мастерская соседствует с баром, жилье — с офисом, а частное и публичное постоянно перетекают друг в друга. Для Русафы, где за последние годы открылись сотни кафе, шоурумов и галерей, такой образ выглядит органично.
Сама студия — попытка собрать эту многослойность внутри одного объема. На фотографиях видно, что бывшее торговое пространство перестало быть просто коробкой: там появились сценарии, зоны, паузы. Авторы говорят о «концептуальной нарративности» и «материальной стратегии» — за этими словами, видимо, стоит попытка не просто отремонтировать помещение, а сделать его говорящим.
Вопрос только в том, насколько «токийское воображение» различимо за валенсийскими стенами. Возможно, ответа и не требуется: архитекторы построили пространство для себя, а не для туристического гида. Имеют право.
